ПРОФБЛОГ для бухгалтера База знаний Бухновости

Архив

Публикации с меткой ‘Книги’

Айзек Азимов. Истинная любовь

Позволю себе привести одно из моих любимых творений Айзека Азимова, под названием “Истинная любовь”. Можно неоднозначно относиться как к автору, так и к произведению, но что-то необъяснимое меня в нем в свое время зацепило и, как говорится, не отпускает. Итак, с Вашего позволения, привожу текст.

 
     Мое имя  Джо.  Так  зовет  меня  мой  коллега,  Милтон  Дэвидсон.  Он программист, а я — компьютерная программа. Я часть  Мультивак-комплекса и соединен со всеми остальными его частями по всему миру. Я знаю все.  Почти все. 
     Я — личная программа Милтона. Его Джо. Он  знает  о  программировании больше любого другого в мире, а я его опытная  модель. Он  научил  меня говорить лучше, чем это умеет делать всякий другой компьютер. 
     ”Это всего лишь проблема связывания звуков в символы, Джо,  —  сказал он мне. — Так это происходит в человеческом мозге, хотя люди до сих пор не знают, какие в нем есть символы. Я знаю  символы  в  твоем  мозге  и  могу подобрать к ним слова, одно к другому”. Поэтому я умею разговаривать. Вряд ли я говорю так же хорошо, как мыслю, но Милтон сказал, что говорю я  очень хорошо. Милтон не был женат, хотя ему почти сорок лет. Он сказал мне, что не нашел подходящей женщины. Однажды он сказал мне:

— Я найду ее,  Джо. Я хочу найти самую  лучшую.  Мне  надоело  улучшать  тебя,  чтобы ты  решал проблемы всего мира. Реши _м_о_ю_ проблему. Найди мою истинную любовь. 
     Я спросил: 
     — Что такое истинная любовь? 
     — Не думай об этом. Это абстракция. Просто  найди  мне  идеальную девушку. Ты соединен с  Мультивак-комплексом,  поэтому  имеешь  доступ  к банкам данных на всех людей в мире. Мы станем исключать из них группы и классы, пока не останется только один человек. Совершенный человек. Для меня. 
     Я сказал: 
     — Я готов. 
     Он сказал: 
     — Исключи сначала всех мужчин. 
     Это было просто. его слова активировали символы в  моих  молекулярных реле. Я мог выйти на аккумулированную информацию о любом человеке в мире. После его слов я вычеркнул 3.784.982.874 мужчины. Я  сохранил  контакт  с 
3.786.112.090 женщинами. 
     Он сказал: 
     — Исключи всех моложе двадцати пяти лет и всех старше  сорока. Затем исключи всех с коэффициентом нтеллектуальности мене 120,  всех  с  ростом меньше 150 и выше 175 сантиметров. 
     Он давал мне точные характеристики: он исключил женщин, имеющих живых детей и женщин с различными  генетическими  особенностями.  ”Я  не  уверен насчет цвета глаз, — сказал он. — Пока не будем его трогать. Но  не  рыжие волосы. Не люблю рыжих”. 
     Через две недели мы уменьшили исходное число до 235 женщин.  Все  они очень хорошо говорили по-английски. Милтон сказал, что не хочет  языковой проблемы. В интимные моменты даже компьютерный перевод будет помехой. 
     — Я не могу переговорить с 235 женщинами, —  сказал  он  мне.  —  Это займет слишком много времени, и люди обнаружат, чем я занимаюсь. 
     — Это вызовет неприятности, — сказал я.  Милтон  переделал  меня  для решения задач, для которых я не предназначался. Об этом никто не знал. 
     — Это их не касается, — сказал он, и кожа на его лице стала  красной. 
— Вот что, Джо, я принесу  голографии,  и  ты  проверишь  весь  список на сходство с ними. 
     Он принес голографии женщин. 
     — Это три победительницы конкурсов красоты. Похож  ли  кто-нибудь из тех 235 на них? 
     Восемь оказались очень похожими, и Милтон сказал: 
     — Хорошо, у  тебя  есть  вся  информация  о  них.  Изучи  запросы и требования на рынке труда и устрой их перевод сюда. По очереди, конечно. — Он помолчал и добавил: — В алфавитном порядке. 
     Это одна из тех задач, для которых  я  не  предназначен.  Перемещение человека  с  одной  работы  на  другую  по  личным   причинам называется манипуляцией. Теперь я могу это проделать,  потому что Милтон переделал меня. Правда,  и  не  предполагалось,  что  я  буду  проделывать  это  для кого-нибудь, кроме него. 
     Первая девушка появилась неделю спустя. Лицо Милтона  стало  красным, когда он ее увидел. Он говорил так, словно разговаривать  ему  было  очень трудно. Они долго были вместе, и он не обращал внимания на  меня.  Однажды он сказал ей:

— Позвольте пригласить вас на обед. 
  На следующий день он сказал: 
     — Почему-то ничего  хорошего.  Чего-то  не  хватает.  Она  прекрасная женщина, но я не чувствую  к  ней  ничего  похожего  на  истинную  любовь. 
Попробуем следующую. 
     То же повторилось с семью  другими.  Они  были  очень  похожи.  Много улыбались и говорили приятными голосами, но Милтон всегда обнаруживал, что они не то, что надо. Он сказал: 
     — Я не могу этого понять, Джо. Ты и я выбрали восемь женщин, красивее которых для меня нет  на  свете.  Они  идеальны.  Почему  же  они  мне  не нравятся? 
     Я сказал: 
     — А ты им нравишься? 
     Его брови задвигались и он сильно ударил  кулаком  по  ладони  другой руки. 
     — Точно, Джо. Это должно работать в двух направлениях. Если я  не  их идеал, то они и не станут вести себя так,  чтобы  стать  моим  идеалом.  Я должен стать их истинной любовью, но как это сделать? 
     Как мне показалось, он размышлял весь день. 
     На следующее утро он пришел ко мне и сказал: 
     — Я собираюсь предоставить это тебе, Джо. Все полностью. У тебя  есть сведения на меня из банка данных, и я расскажу тебе все, что знаю о  себе. Ты дополнишь мой банк данных всеми  возможными  подробностями,  но  будешь держать все дополнения при себе. 
     — И что я буду делать с банком данных, Милтон? 
     — Проверишь его соответствие с данными  тех  235  женщин.  Нет,  227. Вычеркни  те  восемь,  которых  мы  уже  видели.  Устрой  так,  чтобы  все оставшиеся прошли психологическое обследование. Заполни их банки данных  и сравни  с  моим.  Найди  корреляции.   (Направление   на   психологическое 
обследование тоже не предусмотрено моими исходными инструкциями.) 
     Несколько недель Милтон говорил со мной. Он рассказывал мне  о  своих родителях, братьях и сестрах. О своем  детстве,  школьных  и  подростковых годах. О молодых женщинах, которыми восхищался издалека. Его  банк  данных рос, и он настроил меня так, чтобы  усилить  и  расширить  мое  восприятие символов. 
     Он сказал: 
     — Видишь ли, Джо, чем больше моего ты накапливаешь в себе, тем  лучше я тебя настраиваю, чтобы ты походил на меня все сильнее и сильнее. Если ты станешь понимать меня достаточно хорошо, то тогда любая женщина, чей  банк данных ты станешь понимать так же хорошо, и будет моей истинной любовью. — Он продолжал говорить со мной, и я понимал его все лучше и лучше. 
     Я научился  произносить  длинные  предложения  и  все  более  сложные выражения. Моя речь стала во многом отражать его словарь, порядок  слов  и стиль. 
     Однажды я сказал ему: 
     — Знаешь, Милтон, дело не только в том, чтобы  девушка  была  идеалом лишь физически. Тебе нужна девушка, которая подходит еще и  как  личность, эмоционально и по темпераменту. Если такая найдется, внешность  будет  уже вторична. Если мы не найдем подходящую среди тех  227,  то  станем  искать везде. Мы найдем такую, которой будет все равно, как выглядишь ты  сам,  и не только ты — любой, лишь бы он подходил, как личность. Да  и  что  такое внешность, в конце концов? 
     — Ты абсолютно прав, — сказал он. — Я знал бы  это,  если  бы  больше общался с женщинами за свою жизнь. Конечно,  теперь  такие  мысли  кажутся очевидными. 
     Мы всегда соглашались. Мы думали очень похоже. 
     — Теперь у нас не возникло бы проблем, Милтон, если  бы  ты  позволил мне самому задавать вопросы. Сейчас я  вижу,  где  в  твоем  банке  данных остались проблемы и неясности. 
     То, что я потом  проделал,  Милтон  назвал  эквивалентом  осторожного психоанализа.  Конечно.  Я  многому  научился  во  время  психологического обследования 227 женщин  —  обо  всех  у  меня  теперь  имелись  подробные сведения. 
     Милтон выглядел очень довольным. Он сказал: 
     — Говорить с тобой, Джо — почти то  же  самое,  что  разговаривать  с самим собой. Наши личности пришли к полной совместимости. 
     — И такой же будет личность женщины, которую мы выберем. 
     И тут я нашел ее, она все-таки оказалась  среди  тех  227.  Ее  звали Черити Джонс, она работала  регистраторшей  в  исторической  библиотеке  в Уичите. Ее расширенный банк данных полностью  совпадал  с  нашим.  У  всех остальных по мере накопления сведений в  банке  находились  отличия  то  в 
одном, то в другом, нос Черити мы достигли удивительного резонанса. 
     Мне не было нужды описывать ее Милтону. Милтон так точно подогнал мой символизм к своему, что я смог сам уловить этот резонанс. Он мне подходил. Дальше осталось только подправить списки  работников  и  запросов  на профессии, чтобы перевести  ее  к  нам.  Это  надо  было  проделать  очень аккуратно,   чтобы   никто   не   заподозрил,   что   совершается    нечто противозаконное. 
     Конечно, Милтон об этом знал, поскольку сам все затеял, и о нем  тоже следовало позаботиться. Когда его пришли арестовывать за  профессиональные преступления, то, к счастью, арестовали за те  из  них,  что  он  совершил десять лет назад. Разумеется, он мне о  них  рассказал,  и  мне  оказалось 
нетрудно устроить его арест. А обо мне он рассказывать не  станет,  потому что это сильно ухудшит его приговор. 
     И вот его увезли, а завтра  14  февраля,  Валентинов  день.  Появится Черити с прохладными руками  и  нежным  голосом.  Я  научу  ее,  как  мною управлять и как обо мне заботиться. И какое значение имеет внешность, если наши души будут в резонансе? 
     Я скажу ей: 
     — Я Джо, а ты — моя истинная любовь.  
(с) http://lib.ru/FOUNDATION/truelove.txt 

Tags: